Игра Престолов: мега-интервью с Джорджем Мартином (часть 1)

Опубликовано 09.04.2013 автором

icon140_got_27Я (Мекс) наконец-то решился перевести поистинне огромное интервью Джорджа Мартина, автора великолепных книг цикла «Песнь льда и пламени», на котором основывается сериал «Игра Престолов».

Для начала скажу, что Мартина я считаю поистинне великим писателем современности и лишь удивляюсь, почему я наткнулся на его книги лишь после выхода первого сезона сериала «Игра Престолов».

Если Толкин положил начало жанру эпик-фэнтези, то Мартин довел его практически до совершенства (у них, кстати, совпадают все буквы вторых имен — George R. R. Martin и John R. R. Tolkien). Если сравнивать их творения, то они очень близки (не удивительно, учитывая как восторгается Мартин Толкиным и не отрицает, что берет с него пример), но все же различий немало. Мартин добавил в свои книги очень много реализма (да, это мир фэнтези, но реализм может существовать и в нем) — 1) смертность героев (у Толкина из значимых персонажей погиб лишь Боромир, а Гэндальф и Фродо были «убиты» лишь временно), 2) политика (у Мартина политика играет чуть ли не основную роль в происходящем — «тот, кто играет в престолы, либо побеждает, либо умирает»), и 3) религия (в книгах Мартина представлено множество религий, оказывающих немалое влияние на жизни героев и мира в целом).

В общем, к чему я это все? К тому, что Мартин, как и его книги, шикарен. Интервью ниже =).

Интервью (часть 1)


icon600_got_s03_1

Ранее вы говорили, что первая книга — «Игра Престолов», частично явилась вашей реакцией на невозможность реализовать задуманное на телевидении, когда вы были сценаристом  в 1980ых. Это так?

Я хотел создать что-то масштабное. Но на телевидении я постоянно слышал: «Слишком масштабно, слишком дорого, нельзя терять персонажей и декорации». Начав писать книги, я мог создать мир настолько большим, насколько позволяло мое воображение. Желания появилось из ниоткуда. В целом я понимал, что хотел написать книгу в жанре эпик-фэнтези, ведь я обожал Толкина еще в детстве. Но у меня не было никаких определенных идей. Летом 1991ого я был в Голливуде, но работы для сценариста не было. И как-то неожиданно я написал первую главу, где герои нашли щенков Лютоволка — внезапно я ощутил себя внутри этого мира. И тогда я понял, что должен написать книгу.

Возможно, вопрос немного странный, но… Мир, который вы создали, где он? Это другая планета?

Как писал Толкин, это так называемый «вторичный мир». Это не другая планета. Это Земля. Но это не наша Земля. Хотите, добавьте фантастики и считайте это альтернативным миром, но слишком уж это странно звучит. Толкин первым создал такой мир — Средиземье. В книгу он добавил некоторые намеки о связи с нашим прошлым, но это все не прижилось. Мне постоянно пишут фанаты с различными теориями, вроде «Это система двух звезд, одна из которых является черным карликом, и это объясняет….». Народ, это ФЭНТЕЗИ, магия!

icon600_got_s03_2

Вам самим интересно писать эти книги?

Да, еще бы. На самом деле, писать интересно все. Я могу назвать себя тем писателем, который получает удовольствие от того, что его книги публикуют. Бывают дни, когда писать очень приятно, а бывают, когда меня просто тошнит от писанины. Иногда я представляю все в голове, но слова не идут. Пытаюсь писать, а текст получается неряшным и слабым, а это не радует. Быть писателем — тяжело.

В своем блоге вы говорили, что многие главы выбрасываете.

Так и есть. Возможно, это происходит чаще, чем стоило бы. Причем чем дальше я пишу, тем больше я убираю из книги. Не знаю, может старею, или «Песнь» стала уже слишком сложна. Думаю, на меня повлияли множественные положительные отзывы о моем творчестве. Мне столько людей говорили, что я лучший фэнтези-писатель со времен Толкина, а может и лучше него самого. Из-за этого очень не хочется все испортить.

В это серии книг вы о чем-то жалеете?

Единственное, с чем я борюсь — это хронология. Когда я создавал героев-детей, я считал, что они успеют вырасти. Думал, что напишу главу, а следующая будет через месяц (внутри этого мира). А следующая — через два. А к концу книги пройдет целый год. Но где логика в том, чтобы персонаж реагировал на происходящее так долго? В итоге книга написана, а времени в Вестеросе прошло совсем немного. После третьей книги я хотел пропустил 5 лет, чтобы дети в книгах подросли. Из-за этого книга и задержалась. Я пытался писать четвертую книгу «пять лет спустя», но ничего не вышло, и я отказался от этой идеи.

icon600_got_s03_3

Вы знаете, чем все закончится?

Я знаю, чем все закончится, но лишь в общих чертах. Я не знаю, какие повороты сюжета приведут к такой концовке, и не знаю, что случится с второстепенными персонажами. Но что касается самой концовки и основных персонажей — это уже решено. Кстати говоря, продюсеры сериала «Игра Престолов» тоже многое знают, а то фанаты беспокоятся, что меня собьет грузовик.

При чтении книг создается впечатление, что читаешь не одну книгу, а несколько. К концу «Танца с драконами» (5 книга), появляется ощущение, что сюжетные линии снова сходятся. Это так?

Да, такова задумка, такой она всегда и была. Здесь пример я брал с Толкина. Да, у нас с ним множество отличий в творчестве, но мое уважение к нему огромно. Если вспомнить «Властелина колец», то сначала все персонажи вместе. К концу первой книги Братство Кольца распадается, и у героев начинается собственная история. Я поступил также. Сначала все в Винтерфелле (кроме Дэни), а потом они разбиваются на группы, а позже распадаются и сами группы. Задумка была такова, что сначала многие герои разойдутся, чтобы потом воссоединиться вновь. Но вот найти этот переломный момент для меня было очень тяжело.

Если бы вы написали «Властелина колец», Гэндальф бы остался мертв после Мории?

Да, конечно. Мне часто говорят, что я первым из писателей стал убивать персонажей в фэнтези, но на самом деле первым был Толкин, и мне понравилась эта идея. Толкин сделал это снова в конце второй книги, в которой он, казалось, убил Фродо, но тот в итоге оказался жив.

icon600_got_s03_4

В пятой книге есть строка — «Боги милостивы, – неуверенно произнес *** ********. «Продолжай в это верить». Вы часто пишите о религии, но каковы ваши собственные взгляды?

Наверное, я бывший католик. Вы бы назвали меня атеистом или агностиком. Религия — полезна для духа. Я заставляю себя думать, что смерть — не конец, и будет что-то дальше, но я не могу убедить свою рациональную часть себя в том, что в этом есть хоть какая-то логика. Толкин же вообще не включил ничего из этого в книгу — нет священнослужителей, нет храмов, никто не поклоняется силе колец…


Перевод: Мекс.